"Энтони Блант: его жизнь"

"Новости разведки и контрразведки", 28.01.2002, Москва, nn1-2, стр.12


   Сразу два источника в Великобритании вновь вызвали интерес к истории так называемой "Кембриджской пятерки", а точнее, к одному из ее представителей – Энтони Бланту. В Британской библиотеке неожиданно обнаружились записи Бланта, которые, правда, останутся закрытыми для широкой публики до 2009 года. Здесь же, в издательстве "Макмиллан", вышла в свет книга "Энтони Блант: его жизнь" Миранды Картер, где образ прекрасно разбиравшегося, в том числе и в изобразительном искусстве бывшего смотрителя художественной коллекции королевы Елизаветы II – возможно, лучшего в мире частного собрания – пишется с высоты времени, не только белыми и черными красками.
   Официальное разоблачение Бланта в качестве сотрудника НКВД состоялось в 1979 году, когда об этом объявила в палате общин британского парламента премьер-министр Маргарет Тэтчер. Хотя еще лет пятнадцать назад британские спецслужбы имели данные о его шпионской деятельности. Обнародованию их препятствовали сложная ситуация, в которой оказалась в результате ряда скандалов сама контрразведка МИ-5, а также связь Бланта с королевским двором. Тэтчер заявила, в частности, что в 1964 году сэр Энтони Блант в обмен на иммунитет от правосудия признался в том, что работал на НКВД.
   Буквально через несколько минут после заявления Тэтчер Букингемский дворец лишил Бланта рыцарского звания. Затем в течение нескольких дней он был лишен академических титулов, почетных званий. Опережая события, Блант даже сам стал отказываться от них...
   Как утверждает Миранда Картер, ее герой никогда бы не стал шпионом, если бы не "помощь" Гая Бургесса, его коллеги по "Великолепной пятерке", которую стали называть так после выхода в 1960 году известного вестерна "Великолепная семерка". Блант не был знаком с другими представителями "пятерки", включавшей одних из самых ярких представителей учащейся кембриджской молодежи 30-х годов, – Кимом Филби и Дональдом Маклином, а также Джоном Кейнкроссом.
   Интересно, что разоблачение пяти сильно раздвинуто годами. Что касается Бургесса и Маклина, то они "засветились", бежав в 1951 году в Москву. В 1963 году состоялось обличение "третьего человека" – Кима Филби, хотя завербован он был первым. Затем настал черед Бланта. Наконец, в 1990 году достоянием общественности стало имя и пятого ее представителя – Джона Кейнкросса, что было подтверждено, как утверждают здесь, открытыми файлами КГБ.
   Вербовка Бланта была, по данным Миранды Картер, тщательно спланирована. Обитавшему в лондонском районе Хэмстед резиденту НКВД Арнольду
   Дейчу необходим был человек, который взял бы под опеку левое студенческое крыло Кембриджского университета после того, как его стены покинули Бургесс, Филби и Маклин. Блант отвечал в данном случае всем требованиям. Он интересовался левыми идеями, уже был подготовлен к ведению двойной жизни, будучи представителем сексуальных меньшинств; в нем жила, как пишет Картер, часть души и тела, "желавшая секретов". Дейч никак не походил на советского агента, подтверждением чего стала для Бланта и его причастность к движению сексуальной терпимости.
   Позднее Блант сказал допрашивавшему его сотруднику МИ-5 Питеру Райту, что "сомневается, что стал бы агентом, если бы подобное ему предложил русский". С 1941 по 1945 год Блант, бывший уже агентом МИ-5, передал НКВД, согласно архивным данным советских спецслужб, 1 771 документ.
   В попытке осмыслить пережитое и ответить на вопросы потомков Блант сел в 1981 году за написание мемуаров, однако затем отказался от этой затеи. Им написано, как утверждают ознакомившиеся с трудом, около 30 тыс. слов. В сопутствующих письмах Бланта того времени звучит раскаяние. "Я испытал утешение от общения с теми людьми, которые хорошо знали, что из себя представляли тридцатые годы, – отмечал автор. – Как не правы были все мы – жизненно важные свидетельства о России прошли через нас уж очень поздно".
   Эти раздумья включает и его неоконченная рукопись в Британской библиотеке, над которой он стал работать по настоянию своего адвоката Майкла Рубинштейна, когда невозможно было остановить далекий от действительности, порой просто немыслимый поток обвинений. К примеру, "Дейли телеграф" опубликовала "данные" о том, что действия Бланта в годы Второй мировой войны стали причиной гибели 49 голландских агентов. Ни о каких опровержениях и судебных исках и речи быть не могло: Блант, как констатировал адвокат, потерял доверие, а потому и право официально защищать себя.
   Как явствует из слов душеприказчика Бланта Джона Голдинга и ряда других людей, сумевших ознакомиться с его записями, в них не содержится каких-либо громких разоблачений. К тому же они скучны – Блант якобы прекратил над ними работу, как только они начали становиться интересными.
   Автору книги "Энтони Блант: его жизнь" Миранде Картер было отказано в письменной просьбе прочесть неоконченные мемуары, однако, как она утверждает, даже знакомство с ними не изменило бы сложившегося уже у нее подхода к интерпретации событий.